«НЕВИДИМЫЕ» ЗАКОНЫ ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ

При копировании и размещении на других порталах ссылка на автора и адрес размещения обязательна

УДК 336.018+336.7

«НЕВИДИМЫЕ» ЗАКОНЫ ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ

Е.А. Скобликов

INVISIBLE LAWS OF MONEY CIRCULATION

E.A. Skoblikov

Аннотация. В настоящее время хорошо известен только один закон денежного обращения – количества денег в обращении. Однако, если остальные законы денежного обращения остались «невидимы» для экономической науки, это не значит, что их нет. Отсюда становится чрезвычайно актуальной задача сделать эти законы «видимыми», поскольку практика показала, что если опираться лишь на стихию «невидимой руки» рынка, то невозможно успешно развивать экономику и преодолевать кризисы.

Ключевые слова: Деньги, законы денежного обращения, денежно-банковская система, финансы.

Abstract: Is now a well known for only a single law of money circulation - the amount of money in circulation. However, if the rest of the laws of money circulation remained "invisible" for the economic science, it does not mean that they are not. Hence it becomes extremely urgent task is to make these laws are "visible" because the practice has shown that if one relies only on the element of the "invisible hand" of the market, it is impossible to successfully develop the economy and overcome the crisis.

Key words: Money, the laws of monetary circulation, monetary and banking system, finances.

Современные учебники и пособия по экономической теории и конкретным экономическим дисциплинам (экономикс) и финансам, как правило, имеют раздел «Законы денежного обращения», которые представлены всего одним законом – количества денег в обращении (монетизации). И закономерно возникает вопрос – разве можно успешно управлять экономикой страны, если будущие финансисты и экономисты будут знать, что действует всего один закон денежного обращения? Почему рассматривается только этот закон, да ещё как «законы денежного обращения», обоснования нигде не встречается. А тем не менее, русские учёные (М.Гавриленко, Л.В.Федорович, А.А.Красильников, С.Ф. Шарапов и др.) ещё в царской России, рассматривая денежное обращение, опирались на куда большее количество его закономерностей. И в СССР наука не ограничивалась исследованием только одного закона количества денег в обращении. Так, Н.И.Сивульский вывел «закон единства и взаимосвязи функций денег», «закон отмирания денег при социализме» и что «общим законом обращения бумажных денег является их обесценение» [1, с.140]. Тогда почему экономическая наука по-прежнему не рассматривает предлагаемые ими законы в качестве объективных законов денежного обращения, но и не отвергает их, а сосредоточила всё внимание на обсуждении спорных положений и характера действий закона количества денег в трактовке Ирвинга Фишера [2], данные 100 лет тому назад, и Кейнса? Почему она «не видит» в обращении денег других законов? Они есть или просто «невидимы»? По убеждению автора, которое вытекает из изложенного ниже обоснования других законов денежного обращения, эти законы есть. Или уже можно спорить, что они есть …

Изучение денежного обращения и его трансформаций к настоящему времени в исторически-логическом аспекте показывает, что оно подчиняется как минимум десятью законам. Но нашим, да и западным экономистам, мешает вера в незыблемость теоретических построений А.Смита, К.Маркса, И.Фишера, Кейнса и в постулаты идеологов монетаризма, которая базируется на уверенности в том, что солнце науки восходит на просвещённом Западе. Но если бы в экономической науке царствовал здоровый скептицизм, то можно было бы давно увидеть то разительное расхождение между, скажем так, замыслом Бога, и теми уродливыми формами, которая приобрела вся сфера денежного обращения практически во всех странах к настоящему времени, и выявить те законы, нарушение которых при этом происходило. Так что по-прежнему остаётся актуальной озабоченность, высказанная более 100 лет тому назад С.Ф. Шараповым, классиком русской экономической мысли: «финансовой науки, годной для всех времён и народов, устанавливающей точные законы денежного обращения (ибо это и есть в строгом смысле предмет финансовой науки как части политической экономии), нет и не было» [3, с.6].

А законы экономики действуют точно так же, как и в природе - независимо от сознания и воли людей. Их «законность» проверяется практикой как главным критерием истины, и она покажет, что если при «волевом» отрицании якобы действующего закона она это отрицание подтверждает, значит такого закона нет. И наоборот – если отрицание закона приводит к негативным результатам или показывает, что так поступать нельзя, то это реально действующий закон и надо строго следовать ему. Так это или нет, но показательным примером волюнтаризма, основанного на отрицании действия объективных законов денежного обращения, принесённого в жертву рекомендациям МВФ, является решение ЦБ в середине 2014 года перейти к свободному курсообразованию и повышению ключевой ставки до 17% якобы для понижения уровня инфляции. Инфляция и в то время не превышала приемлемых значений – за 7 месяцев потребительские цены выросли всего на 4,82%, но с введением ЦБ этих мер уже с ноября цены резко пошли вверх и инфляция за год составила 11,36% (в 2013 была 6,45%), в результате чего в 2015 году экономика ушла в минус на 3,7%, а продолжение политики «таргетирования» придала ей устойчивый тренд сползания вниз. Здесь ЦБ прежде всего нарушил известный закон – закон количества денег в обращении, поскольку деньги стали слишком дороги для бизнеса. И, забегая несколько вперёд, поскольку ещё ничего не было сказано о других законах денежного обращения, скажем, что были нарушены законы глобализации (ЦБ пренебрёг национальными интересами), применимости (допуская свободное обращение в стране иностранной валюты), планирования (не были просчитаны результаты таких крутых мер), кредитной эмиссии (кредитуются банковская сфера, но не реальная экономика).

Итак, какие законы действуют в сфере денежного обращения? Перечислим их в краткой терминологии:

1. Неисключаемости;

2. Применимости;

3. Приоритета государственного регулирования;

4. Количества;

5. Концентрации;

6. Глобализации;

7. Стабилизации;

8. Плановости;

9. Кредитной эмиссии;

10. Опережающего роста деривативов.

Обоснование ряда законов уже опубликовано, как например, закон применимости денег в журналах «Финансы и кредит», №32 - 2016, «Общество и экономика», №11 - 2016; закон приоритета государственного регулирования обращения в журнале «Экономист», №6 – 2016; о том, что изъятие денег в резервные фонды позволяет более широко толковать действие закона количества денег в обращении, рассматривается в польском журнале «East European Scientific Journal», №13 – 2016 и венгерском «The scientific heritage», №4 – 2016. А поскольку остальные законы даны лишь в тезисном изложении в журналах «Финансы и кредит», №34 – 2016 и «Валютное регулирование. Валютный контроль», №9 – 2016, то здесь, исходя из ограничений по объёму статьи, дадим более подробное обоснование другим пяти законам: неисключаемости, стабилизации, плановости, кредитной эмиссии и опережающего роста деривативов.

Закон неисключаемости денег. Суть его в том, что деньги стали неисключаемым фактором деятельности человека с момента их возникновения уже в виде ценных ракушек, скота, мер зерна, и т.п., когда одним из этих предметов люди стали мерять количество других продуктов при обмене. С появлением металлических денег, этот закон стал проявлять себя в необходимости обязательно давать количественное выражение в деньгах любого товара, услуги, заработной платы, налогов и т.д., и появилась такая важная функция денег, как быть выразителем стоимости товара. То есть деньги стали как активным элементом и составной частью экономической деятельности общества, отношений между участниками и звеньями воспроизводствен­ного процесса, так и не исключаемым фактором социальной жизни людей и отношений между людьми. Таким образом, если к трём воспроизводственным факторам: земля, труд и капитал прибавляется четвёртый – деньги, то деньги становятся таким же неотъемлемым фактором социальной и общественной жизни. При этом деньги и капитал, хотя последний имеет денежное выражение, не одно и то же. Деньги по отношению к данному закону выступают лишь в качестве наличного менового средства. Это наличные, которые у вас в кошельке, карточке или дома в тумбочке; это наличные в кассе предприятия или фирмы, безналичные деньги на их текущих счетах в банке; наличные и безналичные средства банка. Разумеется, все эти деньги могут обратиться в капитал, но при этом они станут именно капиталом, приносящим прибыль, т.е. воспроизводственным фактором. А деньги, как неисключаемый фактор, это те деньги, которые могут незамедлительно использоваться при возникновении необходимости произвести покупку или перечисление денег.

О том, какую роль играют деньги для каждого человека и его семьи, каждый знает из собственного опыта. Но он не всегда бывает положительным, скорее 50/50. И причина здесь банальна – роль денег либо принижается отдельной личностью, либо преувеличивается. Когда в семье они не принимаются как неотъемлемый фактор существования и не понимается их место в жизни, деньги бездумно растачиваются на вещи или услуги отнюдь не первой необходимости. Люди часто жалуются, что им не хватает денег, не могут дожить до зарплаты, а если посмотреть, на что они были потрачены, то у них любой поход в супермаркет часто оканчивался выкатыванием тележки, полной всевозможных продуктов, часть которых просто вредна для здоровья, а другая заполняет полки в квартире, пока купленное не выбросят на помойку. Именно это основная причина того, что достаточно большая часть населения не имеет денег на случай непредвиденных расходов, для учёбы детей и улучшения жилищных условий, и т.д.. А насколько широко распространено и неизживно в обществе пренебрежительное отношение к деньгам, говорит стремительный рост числа микрофинансовых организаций (МФО) с зазывными лозунгами «Деньги сразу», «Деньги на прокат», «МигКредит» и т.п., которые расплодились как поганки в заражённом лесу. У людей, которые не считают деньги в прямом и переносном смысле важным фактором жизнеобеспечения, чаще, чем у других возникает острая необходимость занять 5-10 тыс. рублей до зарплаты. Но здесь есть и прямая вина государства – граждане должны иметь возможность взять кредит в банке под 15-20% в любой сумме, но не под 600 же процентов годовых, разрешённых для МФО Центральным банком, в которые превращаются 0,5-2% в день.  Но и ГосДума вместо того, чтобы вообще запретить такой вид деятельности, принимает решение по ограничению деятельности коллекторов, которая сосредоточена на выбивании долгов от обычных граждан.

Если рассматривать производственную деятельность, то деньги тем более являются неисключаемым фактором при том, что наличие их имеет даже большее значение, чем для семьи, поскольку может поставить под удар благополучие сразу много семей задержкой выплаты зарплаты и, тем более, увольнением персонала. И вообще, само производство невозможно начать, если у капиталиста есть предприятие, но на данный момент нет денег на закупку материалов, оплату электричества, на зарплату персоналу – т.е. земля, на которой расположено предприятие, рабочая сила и производственные мощности есть, но отсутствуют – деньги, т.е. есть четвёртый фактор. Недоучёт этого закона является главной причиной банкротств и недолгого существования вновь создаваемых малых предприятий, ИП и ИЧП, на что наука как то мало обращает внимание. Но и государство, устанавливая налоги или льготы для этого вида деятельности, в первую очередь должно принимать в расчёт критическую величину оборота этой группы предприятий, при которой они способны выжить при отсутствии денег. Кроме того, такие предприятия должны всегда иметь возможность компенсировать недостаток денег банковским кредитом, который должен выдаваться под такие ставки, чтобы предприниматель мог не только возместить кредит, но и получить за счёт прибыли достаточно средств, чтобы не только существовать, но и развиваться.  Но ЦБ, повышая ключевую ставку для межбанковского кредита, совершенно не принимал в расчёт то, что если деньги становятся дорогими, хозяин скорее закроет предприятие, чем будет работать в убыток. Точно также и финансовая организация, какую бы форму не имела, должна всегда иметь положительный баланс между приходом и расходом денег, что позволяет в случае паники, когда клиенты массово обращаются за возвратом денег, удовлетворить все претензии.

Что касается российского государства в целом, история его денежного обращения за прошедшие 25 лет говорит о том, что отношение к деньгам как фактору его существования и развития в правительственных органах и обществе в целом остаётся по-прежнему волюнтаристским, а деньги исполняют свою роль фактора скорее стихийно, через преодоление высокозатратных решений, возникших вследствие этого при том, что многие проблемы так и остаются нерешёнными. Это павловская реформа, сбербанковский грабёж населения, чековая приватизация и залоговые аукционы раздачи госсобственности за государственные деньги, и т.д.. И если денежные власти всё также будут игнорировать значение денег как равноправного фактора экономики и продолжат подобные неолиберальные эксперименты на монетаристской основе, то страна и далее будет легко попадать, но с трудом выкарабкиваться из кризиса, чтобы следом попасть в другой.

Здесь с сожалением следует констатировать, что спасает экономику страны от волюнтаристских решений действие закона стабилизации обращения, который выражается в том, что какие бы неразумные меры не применялись денежными властями, сколько бы воли не было предоставлено «невидимой руке» рынка, сколь бы не было сильным вмешательство извне, расстройство денежного обращения как бы само собой всегда приходит в норму. Вспомним лихие 90-е годы: жуткая инфляция, бартер, доллар, т.е. чужая валюта в обращении вместо рубля. Переломный 1991 год – и инфляция составила 160%, подскочив в 2015 году до 2509%. Но к преддефолтному 1997 году снизилась до приемлемых 11%, зарплату практически везде стали выдавать рублями. Дефолт 1998 года - и вновь инфляция резко возрастает - до 84,5%. Правительство Примакова берёт ситуацию под контроль и она снижается до 20%, в нулевые годы плавно понижается до 9% и несмотря на рост до 13,3% в 2008 году (очередной кризис), снижается до 6,1-6,6% в последующие годы, пока ЦБ не стал её «таргетировать», доведя до 12,9% в 2015 году.

Революция 1917 года и гражданская война также характеризовались критичным расстройством денежного обращения - оно было мультивалютным, а инфляция высокой. В ходу были совзнаки, керенки и самые разнообразные (территориальные) деньги, что было вынужденной мерой, поскольку на удалённых территориях элементарно не хватало дензнаков. Начали появляться местные территориальные выпуски, призванные решить проблему нехватки денег в обращении. Свои деньги печатали в Оренбурге, Благовещенске, Архангельске, Иркутске, на Северном Кавказе. В годы НЭПа были апробированы разные денежные системы, включая повторение использования золотого червонца, но в итоге к началу коллективизации с вакханалией в денежном обращении было покончено, и затем лишь к концу 80-х годов цены стали бесконтрольно расти – так партхозноменклатура вывозом за границу значительных объёмов потребительских товаров кооперативами готовилась к приватизации. Аналогичные примеры можно привести по другим странам и самый показательный – Великая депрессия 1929—1933 гг. в США, с которой удалось справиться лишь после того, как новому президенту Ф.Рузвельту удалось нормализовать денежное обращение с помощью экстренных мер по оздоровлению экономики, который получил название «Новый курс». Не все эти меры вели к стабилизации обращения, но некоторые из них, как например, принудительное изъятие золота у населения и поддержка монополий фиксацией цен за счёт мелких и средних предпринимателей были совершенно не нужны.

Следует отметить, что принимая закон стабилизации обращения именно как закон, не следует относиться к нему как к «невидимой руке» рынка. Такого «невидимого» регулятора нет ни на современном рынке, ни в денежном обращении. Вопрос в другом: как финансовое руководство страны действует, какой комплекс мер использует для нормализации денежного обращения? Если оно принимает решения на основе его законов, даже не подозревая об их наличии, полагаясь на интуицию, то не возникает никаких турбулентных течений и резких колебаний, успешно и беспроблемно развивается и растёт экономика. Был ли министр финансов СССР А.Зверев теоретиком денежного обращения? Нет. Но стабильность денежной системы страны можно считать хрестоматийным примером правильного следования законам. А если пренебрежение законами денежного обращения или, что одно и то же, опора на рекомендации наших геополитических противников, становятся государственной политикой, то это оборачивается тем, что возникающие проблемы в сфере денежного обращения приобретают хронический и непредсказуемый характер, нерешённость которых, с одной стороны, не позволяет расти экономике, а с другой постоянно воспроизводит кризисные ситуации. Более того, даже противоположные на первый взгляд методы регулирования денежного обращения, например, путём количественного смягчения (QE) и снижения процентных ставок до нуля и ниже, или, наоборот, ограничение количества денег в обращении и установление высоких ставок по кредиту, в итоге дают одинаковый результат – обращение нормализуется и инфляция снижается. Вопрос только в том, в каком направлении действуют применяемые методы. QE, активно используемое в развитых странах, способствует сохранению положительной динамики в экономике, а в России «таргетирование» инфляции привело к падению уровня ВВП на 3,7% в 2015 году, который в 2016 году вследствие демонетизации экономики остался на том же уровне, хотя инфляция и снизилась до 7% (прогноз).

Закон плановости - денежные доходы и расходы должны планироваться и контролироваться как на уровне государства, так и первичных производственных ячеек, вне всякой зависимости от того, государственное это образование или находится в частной собственности. Если этого не происходит, и прежде всего по причине слабости финансовых служб, когда недофинансирование приходится восполнять в «ручном режиме» и, наоборот, возвращать в нужное русло скапливающиеся излишки денежной массы, то экономика, лишаемая нужного количества денег, никогда не получит нужного развития. Точно такой же эффект дают и слабо проработанные финансовые и маркетинговые планы. В соответствии с законами финансовых пирамид поступление и расход денежных средств должны находиться всегда в таком соотношении, чтобы финансовая пирамида предприятия, корпорации и государства в целом (его бюджет) «не заваливалась» [4].

Казалось бы, нет никаких препятствий к тому, чтобы закон планирования денег занял должное место среди экономических законов, а финансовое руководство страны им руководствовалось в своей деятельности. Но нет, до сих пор неолибералы, а именно они определяют, какой должна быть денежная политика, страшатся даже самого термина «планирование». В результате с большинством бюджетополучателей Минфин рассчитывается в последний месяц года, а другим направляется вся сумма или большая часть её, предусмотренная в законе, в первые четыре месяца. Возможно, это какие-то приоритетные области? Ничего подобного - никакого развития, никаких таких инноваций и модернизаций для государства - просто низкое качество планирования и контроля за расходованием бюджетных денег, а может и сознательное создание возможностей для вымогательства. Мы привыкли винить в «штурмовщине» советскую систему, при которой предприятия в конце декабря аврально под любым предлогом тратили все, чтобы неизрасходованные средства не списали в доход государства. Но созданная «лучшим министром финансов» система представляет собой вовсе не её ухудшенную копию, а вполне продуманную систему дезорганизации бюджетного процесса. Это относится и к финансированию субъектов Федерации, у которых сначала максимально изымаются все средства, а затем занимаются их раздачей, но по минимуму. При этом федеральный бюджет захлёбывается от денег: в 2013 году неиспользуемые средства на его счетах превысили 7,8 трлн руб. При этом Минфин мало беспокоит решение практических задач в регионах, соблюдение минимальных социальных стандартов хотя бы по советскому образцу благами цивилизации. Зато на финансирование контролирующих инстанций и армии чиновников с гораздо более внушительными, чем у учителей и врачей зарплатами, средства есть, а на содержание сельских школ, участковых больниц и фельдшерско-акушерских пунктов - нет! Поэтому регионы вынуждены брать кредиты, загоняя себя в кризис и кредитную кабалу - на радость банкам-заёмщикам. Понятно, что в этой ситуации речи о развитии уже не идёт, да эта задача, в сущности, и не ставится центром.

Если посмотреть на цифры бюджета страны, например, за 2015 год, то мы увидим, кто в доме хозяин - экономический блок, на который приходится 39,7% всех расходов, в то время как министерству обороны, за что А.Кудрин не устаёт критиковать Думу и правительство, в бюджете предусмотрено всего 13,1%. Это, конечно выше, чем в 2014 году (8,81%), но всё равно ровно треть от расходов Минфина. Вообще-то, закон о бюджете представляет собой довольно объёмный документ – это почти 5 тысяч страниц, и потому за месяц, что отведён законом на его рассмотрение, невозможно внести коррективы, которые бы серьёзно отличались от первоначального варианта, т.к. изменение хотя бы одной цифры влечёт за собой пересчёт всех остальных статей бюджета. И никакие альтернативные бюджеты, которые традиционно предъявляют коммунисты и справедливороссы в процессе публичного обсуждения в Думе, никогда не будут приняты, за исключением незначительных поправок. А чтобы всякие закулисные манёвры скрыть (согласование по каждой статье и направлению расходов идёт во всех министерствах и ведомствах задолго до его представления в Думу), форма представления бюджета такова, что затрудняет получение обоснованных выводов не только для депутатов при принятии ими решения об его утверждении, но и для анализа даже высококвалифицированными экономистами. Например, интересно, как представлен документ: указанное выше соотношение это распределение средств по ведомствам, а вот по направлениям расходов получается ровно наоборот – в распоряжение министерства обороны было выделено 1,6 трлн рублей, но на оборону ровно в 2 раза больше, 3,2 трлн., а расходы экономических ведомств, очевидно, разбросаны по всем направлениям, чтобы жить вольготно, не отказывая себе ни в чём …  Для того, чтобы продемонстрировать точность расчётов, в бюджете несть числа строчек с указанием мелких сумм (например, приведены «Расходы по непрограммным мероприятиям …»  с финансированием аж в 1,0 тыс. рублей!). Но вот при такой «скрупулёзности» у Института экономики РАН на проведение Кондратьевских чтений в ноябре 2016 года не оказалось средств для напечатание программы и выдачу раздаточных материалов.

Возможно, бухгалтерский метод вёрстки бюджета хорош для минфиновского аппарата, который его составляет, но лишь экономический подход позволяет выявить то, что всегда бухгалтера тщательно скрывают – экономическое содержание доходов и расходов. Если бы бюджет страны был дан в разрезе статей затрат каждого ведомства, очень многое прояснилось бы, к примеру, с какого потолка берутся расходы на закупку материалов и оборудования, заплаты руководителей госучреждений и кто дал им право устанавливать её самим себе (медсестра в больнице получает 8-10 тыс рублей, а главврач – 600-700 тысяч), и т.д.. И стало бы ясно, где заложены резервы для тех же откатов, и почему денег много, а их ни на что не хватает …. Бюджет, начиная от маленькой фирмы и заканчивая государством, должны составлять экономисты-плановики на основе смет расходов и доходов конкретных планов развития, мероприятий и функционирования бюджетных учреждений, а бухгалтера учитывать, но не планировать – это не их предназначение.

Но самый главный недоучёт закона планирования состоит в том, что практически отсутствует стратегическое финансовое планирование, основанное на вводе резервов для экономического роста. Это касается не только крупного бизнеса, но и государственного подхода. Хрестоматийный пример – манёвр ЦБ в ноябре-декабре 2014 года. Да, цены на нефть резко пошли вниз. Но кто-либо просчитал, к чему приведёт девальвация рубля? Большинство рентабельно работающих предприятий, выпускающих пользующуюся спросом продукцию, используют импортные комплектующие и материалы. Так сколько потерял бюджет налогов в результате того, что за доллар пришлось платить более чем в 2 раза? «Спецы» ЦБ это считали или тупо помножили рублёвую прибавку курсовой разницы в бюджет, ориентируясь на прошлую статистику? Похоже, что так, как никто не принимал в расчёт резко усилившееся бегство капитала … Постоянным рефреном звучит на всех значимых мероприятиях, что в стратегическом плане государство не должно владеть бизнесом в принципе, это вредно, плохо и мешает экономике. И тут много вопросов, на которые провозглашающие эту аксиому стараются вообще не отвечать, а что касается планирования приватизации, то создаётся впечатление, что ничем другим, кроме этой аксиомы, чиновники и не руководствуются, хотя всем понятно, что приватизация приватизации – рознь. Им, например, представляется, что если приватизировать кусок "Роснефти", то это позволит перекрыть часть дефицита бюджета. Но при этом никто не удосужился сопоставить стоимость этой доли компании с тем дивидендным потоком, который получает государство, а потом лишается его навсегда. Много разговоров про инновации и импортозамещение, но почему-то всегда ставится цель выхода на внешний рынок, а на ум не приходит самая простая мысль – составить номенклатуру товаров и объёмы закупок несырьевых товаров по импорту и просчитать, сколько денег надо для восстановления их отечественного производства? Например, широкофюзеляжных самолётов Ил, Ту, Яков и другой авиатехники, выпуск которых в советское время составлял 40% от мирового рынка, погрузо-разгрузочных машин и коммунальной техники, полностью закупаемых за рубежом, и т.д.. Для этого страна располагает всеми резервами: есть валютные накопления, материальные ресурсы, производственные мощности, профицит энергетических мощностей и рабочей силы, но закон планирования не работает, вместо него лишь прогнозы на основе диаграмм падения.  

Закон опережающий кредитной эмиссии. В.Ю.Катасонов сформулировал этот закон так: «сумма денежных обязательств по выданным кредитам в любой момент превышает объем денежной массы в обращении на величину процентов по кредитам» [5]. Но это не точная формулировка. В ней не отражена суть этого закона - возможность банков выдавать кредиты (эмитировать деньги) путём выпуска долговых обязательств, не обеспеченных собственными активами. Кредитная эмиссия совершается каждый раз банком, когда он предоставляет ссуду за счёт его собственного капитала и денег, сданных на депозит в этот банк. Таким образом, количество денег в обращении как бы удваивается на сумму выданного кредита, т.к. у банка та же сумма числится на счетах его вкладчиков, и если они потребуют их выдать, то в экономике обращаться будут одновременно те и другие деньги. Но это может произойти лишь в том случае, если ссуда выдаётся бумажными деньгами, свидетельствующими, что у банка в обеспечение есть деньги, роль которых при денежно-металлическом обращении играли золотые и серебряные монеты. Поэтому в те времена владелец банка всегда должен был следить за тем, чтобы у банка оставалась в резерве довольно значительная сумма денег на тот случай, если все его кредиторы станут требовать свои деньги назад. Но если кредиты, выдаваемые банком, меньше имеющихся у него активов, т.е. кредитная эмиссия не опережала сумму сбережений отдельных лиц, то данный закон не оказывал никакого влияния на экономику – баланс денег и товарной массы не нарушался.

Но ничто не стоит на месте, и достаточно быстро ростовщики-банкиры обнаружили, что вовсе не обязательно совершать эти операции принимая/выдавая деньги, если можно пускать в оборот долговые расписки своих заёмщиков. Отсюда вполне было ожидаемо, что со временем банки сообразят выдавать кредит как свои долговые обязательства. И действительно, наладив выпуск собственных расписок – банкнот, банки стали кредитовать своих заёмщиков не только деньгами, но и ими. Казалось бы, вот здесь и начал действовать данный закон, поскольку банки получили возможность выдавать в кредит больше денег, чем находилось у них на депозитах. Нет, в те далёкие времена эта возможность всего лишь предопределила зарождение закона кредитной эмиссии, а сам он ещё не набрал сил, чтобы действовать. И только тогда, когда кредитная эмиссия была востребована нарождающимися капиталистическими отношениями, а получаемые ссуды стали использоваться главным образом как капитал для расширенного воспроизводства, кредитная эмиссия начинает обгонять сбережение и действие закона обретает полную силу.

В задачу данной работы не входит подробное описание технологии эмиссионного кредитования. Но вот что необходимо заметить, - циклы Кондратьева обычно трактуют как происходящие в следствие смены технологических укладов. Но это не вся правда. Мог ли случиться технологический прорыв, если бы у банков не было возможностей осуществлять кредитную эмиссию? Конечно же нет – нет свободных денег для инвестиций, нет и развития. Если рассматривать волны Кондратьева для капиталистических воспроизводственных процессов, то наличие такой возможности на начальном этапе, т.е. на повышательном цикле, именно кредитование позволяет обеспечивать рост промышленности. Таким образом, благодаря этому закону идёт развитие экономики, поскольку для растущего производства всегда под рукой банки, готовые предоставить ему в кредит четвёртый фактор – деньги (см. первый закон). Вброс необеспеченных денег здесь никакой опасности не представляет, поскольку действует кредитный мультипликатор, который эти деньги вовлекает в оборот для производства дополнительной продукции на значительном количестве смежных предприятий. Его действие, растянутое на значительный временной промежуток, не влечёт за собой рост цен (инфляцию), поскольку необеспеченные первоначально кредитные деньги становятся обеспеченными производством дополнительного объёма товаров. Именно поэтому кредитная эмиссия была той энергетической компонентой промышленной революции, без чего та не смогла бы совершиться. Но именно она приводит к кризисам перепроизводства.

Продолжение политики кредитной эмиссии, невзирая на сигналы обратной связи, поступающие с рынка о его переполнении, приводит к тому, что безусловная полезность действия данного закона при капитализме оборачивается таким же безусловным вредом, на чём заостряет внимание В.Ю.Катасонов: «Следствиями этого «макроэкономического неравновесия» являются так называемые «кризисы перепроизводства», банкротства, увольнения, конфискация личного имущества, превращение людей в рабов, обнищание подавляющей части общества, все большая концентрация богатства в руках ростовщиков и т.п.» [5]. Начало длительного экономического подъёма кладёт начало и чрезмерной кредитной экспансии, которую, как правило, сопровождают ухудшение качества кредитных портфелей и завышенная оценка обеспечения ссуд, что в итоге оборачивается фактором, провоцирующим банковский кризис. При этом система страхования депозитов не снижает, а наоборот, увеличивает вероятность возникновения банковских кризисов. Это связано с тем, что снижая вероятность банковских паник, страхование одновременно стимулирует принятие банками повышенных рисков.

Разглядеть контуры закона опережения кредитной эмиссии и выкристаллизовать именно его из всей массы напластований кредитно-ссудных операций, начиная с момента появления и расцвета ростовщических операций и до господства наших дней финансовой олигархии не так-то просто. Одно дело фиксировать тенденции, и совсем другое пытаться понять естественный ход событий и на основании этого начать соотносить свои действия с этим ходом – либо ускорять его, либо тормозить, а может вообще намертво зацементировать отрицательную тенденцию. А это невозможно сделать, не установив экономически значимый закон, который пробивает свою дорогу среди бесчисленных и не всегда понятных проявлений. Задача заключается в том, чтобы разгребая эти напластования фактически имевших место взаимоотношений увидеть закон, который с неумолимостью естественного хода через тернии отклонений, тем не менее, направляет всё движение. Исходным пунктом данного закона является свойство денег иметь большую стоимость, чем та, которая заключается в них самих, поскольку потенциально они уже представляют собой самовозрастающую стоимость. Это отнюдь не означает, что каждый рубль у нас в кармане будет беспрерывно расти только потому, что это деньги. Нет, рост возможен лишь при определённых условиях – если деньги отдаются в долг с условием возврата с процентами, т.е. в ссуду. Но это и не кредитная эмиссия, а лишь защита денег от их обесценивания. Кредитная эмиссия только тогда является таковой, когда имеет строго целевое, инвестиционное назначение - на развитие производства, и не предназначена для потребления. Именно поэтому предложение академика С.Ю.Глазьева перейти от поиска инвесторов за рубежом к прямым инвестициям значимых для страны проектов за счёт кредитной эмиссии, что по расчётам должно привести к ежегодному росту экономики на 5-7% полностью соответствует данному закону [6].

Закон опережающего роста обращения деривативов. Деривативы появились не сами по себе, а были востребованы развитием рыночных отношений с целью обеспечения исполнения контракта на приобретение в будущем основного товара. Востребованность замещения денег производными финансовыми инструментами, среди которых наиболее популярны опцион, своп, свопцион, форвард, фьючерс, обуславливается тем, что их использование позволяет минимизировать риск при заключении контракта между сторонами, который основывается на будущей стоимости базисного актива, что и является главной причиной их широкого применения. Но сразу же обнаружилось их особенность одновременно быть предметом спекуляций, чтобы получать прибыль только за счёт изменения цены актива. Хотя причина появления деривативов вроде бы была логична – страхование сделки с отдалёнными временными параметрами или от изменения цен, но далее собственно спекуляция превратилась в самодовлеющую цель для биржевых дельцов, поскольку со временем связь с реальными сделками купли-продажи товаров или валюты становятся всё меньше. К чему вела спекуляция, хорошо понимал С.Ф.Шарапов ещё в XIX веке: «та же Европа попала в полном составе в кабалу ещё горшую, допустив развиться международной биржевой спекуляции и возрастив неведомых истории ранее биржевых царей и первосвященников, изображающих в данную эпоху силу неизмеримо более грозную и могущественную, чем любое из европейских правительств …» [3, с.4-5].

В чём суть этого закона и базис, на котором он зиждется? На лёгкости и доступности «заработка». Я сознательно беру в кавычки это слово, поскольку деривативы лишь опосредованно связаны с активами, не нужно что-то производить, строить, осуществлять торговлю и делать какие-то услуги - лишь в небольшом количестве сделок (до 3%) происходит реальная поставка активов, лежащих в основе производных ценных бумаг. А поскольку такой способ обогащения не связан с какими-либо значительными усилиями, то и суммарный объём деривативов стал возрастать более быстрыми темпами, чем объём замещаемых ими активов, что подтверждает статистика биржевых сделок по деривативам. Например, мировой объем рынка деривативов за 11 лет (1986–1997 гг) вырос в 19 раз (с 618,8млрд долл. до 12,2 трлн долл. в год), количество опционов, торгуемых на биржах, достигло 1,2 млрд контрактов, а с учётом внебиржевых торговых систем - 50 трлн долл. Ведущей биржей по производным финансовым инструментам является Чикагская товарная биржа, на которую, а также на Чикагскую торговую палату, Лондонскую международную биржу финансовых фьючерсов приходится почти половина всего биржевого рынка деривативов. В России торговля срочными контрактами появилась в 1992г., когда на Московской товарной бирже (МТБ) была открыта фьючерсная секция и началась регулярная торговля валютными опционами. И она развивалась с той же закономерностью: согласно данным ЦБ, если в 2004 году объём валютных контрактов составил $15,6 млрд, то на 1 января 2016 года он увеличился до $83,6 млрд, т.е вырос в 5,3 раза.

Является ли закон опережающего роста деривативов в обращении объективным? Да, капитал всегда устремляется туда, где при меньших затратах усилий можно получить большую прибыль. А где её можно получить? Там, где действует, по словам К.Маркса «… первоначальная и всеобщая формула капитала, сокращённая до бессмысленного резюме … деньги, высиживающие деньги». Капиталистическое государство может, конечно, ограничить алчность биржевых игроков, но не настолько, чтобы этот «бизнес» перестал быть привлекательным – если сама власть принадлежит капиталу, то это в принципе невозможно, а потому биржевые обороты росли и будут расти впредь. Этому способствует и кредитная эмиссия, когда она направлена не на стимулирование экономического роста, а на инвестирование в биржевые инструменты. А поскольку это отвлечение денег в дутые финансовые пузыри, такая эмиссия представляет собой не что иное, как ветвь её извращённого развития. Так что данный закон является как бы генномодифицированным продуктом предыдущего закона, который одновременно является и мутантом реальных форм биржевых сделок, позволивший спекуляции ими подняться на качественно новый и более высокий уровень. И это стало настолько опасным для экономики, что известный финансист Уоррен Баффет в 2002 году назвал деривативы «финансовым оружием массового поражения», а финансовые аналитики напрямую увязывают последний мировой финансовый кризис со спекуляциями на рынке. Что неудивительно, поскольку рынок деривативов стал настолько огромен, что схлопывание его финансового пузыря способно похоронить под собой все, даже сильные экономики мира – если доступная денежная масса составляет $28,6 трлн, то объём деривативов - $630 трлн! А поскольку любой дериватив представляет собой представителя реальных денег, то можно представить, что случится, если даже небольшая часть владельцев этого рода финансовых инструментов захотят их поменять на деньги -  начнётся война, сначала информационная, потом наступит черёд гиперинфляции и глобального, самого жестокого кризиса, вплоть до горячей фазы, и в которой не будет победителей …

Взаимодействие законов денежного обращения. Все законы денежного обращения всегда действует в комплексе и взаимосвязано, в качественно и количественно определённой среде. Например, кредитная эмиссия должна планироваться в строгом соответствии с реализацией стратегии развития, что одновременно будет ограничивать действие закона опережающего роста обращения деривативов и играть роль стабилизатора обращения. В реальных условиях взаимодействие законов денежного обращения, безусловно, гораздо сложнее, а потому его детальное рассмотрение представляет широкую область для будущих исследований. И если руководствоваться законом кредитной эмиссии, то для нас, как правильно предлагает академик С.Ю.Глазьев [6], эмиссия денег должна проводиться только под инвестиционные проекты, а не под иностранные обязательства. Но почему тогда его предложения не принимаются? Не потому, что они неэффективны, а из-за того, что предлагая изменить действующую финансовую модель, С.Ю.Глазьев ничего не говорит о том, что они соответствуют объективному характеру действия законов денежного обращения.

Цель данного исследования состояла главным образом не в том, чтобы дать исчерпывающий перечень законов денежного обращения (который, вероятно, будет дополнен), а показать, какие горизонты открываются для более глубокого их исследования. Кроме того, нельзя исключать из рассмотрения частные законы (закономерности) обращения, например, законы финансовых пирамид [4], и опираться на всеобщие законы природы и общества, такие как закон соответствия. Если мы познали экономические законы, то вооружены знанием того, что можно делать, а что нельзя, и как обеспечить прогресс и процветание экономики, или же ослабить или вообще избежать кризисных явлений. А денежно-финансовая политика правительства во многом неэффективна именно потому, что власть в своей практической деятельности не опирается на действие законов денежного обращения. Так, реализуется, но не в полной мере самый главный закон денежного обращения – приоритета государственного регулирования. Если по закону Центральный банк является независимым от правительства и законодательного органа страны, но при этом обязан выполнять рекомендации МВФ и Базельского комитета и отчитываться перед ними, то рациональное использование закона будет заключаться в передаче его функций по эмиссии, установление курса валют и контролю за денежным обращением Казначейству, преобразовав его в бюджетный банк. Эта идея принадлежит А.Кудрину, которую он однажды высказал, будучи в ранге министра финансов [7]. Но обращение подчиняется и другим законам, один из которых, глобализации денег, направлен на ослабление суверенитета стран, не входящих в золотой миллиард. Поэтому, вероятнее всего, наш «лучший министр финансов» больше и не возвращался к этой идее, раз таковым он был признан нашими геополитическими противниками, тогда как эта идея полностью соответствовала объективному характеру закону приоритета государственного регулирования.

Как верно отмечает С.Кирдина, если «использовать знание закона — можно подняться к звёздам, если же пренебрегать им, то неизбежны падения» [8]. Но если вследствие недоучёта законов физики и математики падение ракеты в океан есть восполняемая потеря, пусть даже её разработка обошлась стране в миллиарды долларов, то сход экономики страны с орбиты развития вследствие пренебрежения её законами влечёт куда более серьёзные последствия, что и наблюдается в новейшей истории России.

*Признательность. Статья подготовлена при финансовой поддержке РФФИ. Грант № 16-06-00128 А.

Список литературы

1. Сивульский Н.И. Деньги и законы их развития при социализме. Львов: Вища шк.: 1987.

2. Fisher Irving. The Purchasing Power of Money. Its Determination and Relation to Credit, Interest, and Crises. New York: The Macmillan Co. 1912.

3. Шарапов С.Ф. Бумажный рубль. Его теория и практика. СПб., 1895.

4. Скобликов Е.А. Кризис в свете законов финансовых пирамид. //Финансы и кредит, №22 - 2009г.

5. Катасонов С.В. За кулисами международных финансов. М.: Кислород, 2014.

6. Глазьев С.Ю. О неотложных мерах по укреплению экономической безопасности России и выводу российской экономики на траекторию опережающего развития. Доклад. М., 2015,  с.2-60.

7. Товкайло М., Борисяк Д. Банк Кудрина. //Ведомости. 04.03.2011, №38 (2804).Скобликов Е.А. Законы денежного обращения. Закон применимости денег. //Общество и экономика. №11, 2016г.

8. Кирдина С.Г. Институциональные матрицы и развитие России: введение в Х-Y-теорию. Издание 3-е, переработанное, расширенное и иллюстрированное. СПб. : Нестор-История.  2014. 468 с.

Раздел: 

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика